Дневник обманутого дольщика

Андрей Малютин

Одно неверное решение превращает успешного человека в обманутого соинвестора. И в твою жизнь входят встречи с чиновниками, митинги, письма властям, бесконечные разговоры с коллегами по несчастью...

17 августа

Звонок коллеги: "Наш застройщик — ПСМК "Воскресенский" — хочет менять подрядчика. Это задержка строительства минимум на полгода". Только этого не хватало. Начало строительство новостройки в Южном Чертаново, где я купил квартиру, уже отодвинулось на четыpе месяца. Говорят, из-за того, что не смогли вовремя снести гаражи, а теперь еще одна неожиданность. Надо разбираться, в чем дело.

20 августа

В интернете нахожу письмо руководителя ПСМК. "Из-за неконструктивной позиции ООО "ПИК-Девелопмент" решается вопрос о смене типа дома на монолитно-кирпичный. Дополнительная плата за улучшенное качество дома с соинвесторов взиматься не будет".

Куча плохих новостей в одном флаконе. Во-первых, сроки начала строительства сильно отодвигаются — надо заново делать и согласовывать проектную документацию. Полгода минимум. Во-вторых, монолит будут строить года полтора, в то время как панель "наскирдовали" бы за полгода. Даже возможный выигрыш в стоимости (монолит дороже панели) не радует. И в-третьих, уход из проекта Первой ипотечной компании — это резкое увеличение рисков. Именно присутствие ПИКа, одной из крупнейших московских компаний и владельца двух домостроительных комбинатов, было одним из мотивов покупки и опpеделенной гарантией успешной реализации проекта.

28 августа

В интернете нахожу новую проблему. Оказывается, уже построенный нашим застройщиком дом по соседству с нашей стройплощадкой уже несколько месяцев не сдается госкомиссии. Инвесторы пишут письма во властные структуры, давят на застройщика. Может, наша стройка задерживается из-за соседей?

Звоню знакомому, работающему в ПИКе, и прошу выяснить, в чем дело.

2 сентября

"Агент" в ПИКе приносит крайне неприятную информацию. Оказывается, "Воскресенский" имеет перед ПИКом большую задолженность за уже выполненные работы по соседнему дому. Именно поэтому тот дом и не сдается госкомиссии. Знакомый советует: "Пока не поздно, продавай квартиру".

10 сентября

Тема "обманутых инвесторов" вдруг оказывается модной. Первые полосы газет, сюжеты по ТВ. "В Химках построенный дом уже два года не могут заселить". "Объявлена голодовка". "Стройметресурс" не достроил десятки домов". Постоянно появляются все новые несостоятельные застройщики и новые адреса. Такое ощущение, что начался обвал всего строительного рынка.

14 сентября

Наконец решаюсь — продавать! Встречаюсь со своим риэлтером, передаю копии документов и выставляю квартиру на продажу. Продавать решаем по последним ценам в этом доме минус дисконт в 15%. Торг возможен.

24 сентября

Подводим итоги двух недель продаж. Риэлтер докладывает: "Интерес очень большой, каждый день по двадцать звонков. Но как только люди узнают, что это новостройка и что сроки строительства уже истекают, от дальнейшего разговора отказываются".

Приехали! Дом не строится, квартира — неликвид, а я — обманутый дольщик. Еще два месяца назад без проблем продал бы. А теперь, конечно, дураков нет.

27 сентября

Еду в офис ПСМК "Воскресенский" разобраться, что происходит. В голове крутятся мpачные картины: пустой офис, ветер носит разбросанные по полу бумаги. К счастью, дурные ожидания не сбываются: охранники на месте, в офисе работают, внешне все нормально.

Отдаю секретарю письмо для гендиректора, в котором прошу объяснить ситуацию и по возможности выкупить у меня квартиру назад. В последнее сам не верю, но попробовать надо. Беседую с сотрудниками. "Да, говорят, есть задолженность перед ПИКом, но скоро начнем ее гасить. Начали делать новый проект монолитного дома, скоро приступим к согласованиям. Заканчиваем оформление земли". Успокаивают как могут. Замечаю, что те сотрудники, у которых покупал квартиру, уже здесь не pаботают — нехороший знак.

В задушевном разговоре узнаю, что за последние два месяца была реализована только одна квартира. То есть мне можно не тратить деньги и снять рекламу. И еще: на вопрос, стоит ли мне требовать возврата денег, следует откровенный ответ: "а все равно денег нет". Предлагают схему: я разрываю контракт с застройщиком, они выставляют мою квартиру на продажу и после ее реализации мне вернут заплаченные средства. Не вариант.

10 октября

Две недели варюсь в слухах о "Воскресенском". В том, что денег у него нет, сомнений ни у кого не возникает. Вопрос в том, что у него есть. Есть контракт на застройку двух микрорайонов. Это, безусловно, очень серьезный актив, но очень специфический. Во-первых, земля принадлежит Министерству обороны и продать права на застройку другой компании очень трудно. Во-вторых, через полгода истекает срок действия постановления правительства Москвы о застройке этих земель, то есть потом могут просто забрать. Говорят, у "Воскресенского" есть два коттеджных поселка, но они, по слухам, уже заложены в банках. Есть производственная база под Москвой, медицинский центр и офисное помещение в собственности. В общем, какие-то активы есть, компания не банкрот.

Почему же не строят? Это совсем непонятно. До этого компания построила кучу зданий в Москве, с чиновниками вроде бы связи хорошие. Одна из версий — внутренний конфликт в компании. Говорят, то ли глава фирмы Бочаров, то ли коммерческий директор Бочкарев (он, по слухам, еще и зять генерального) вели рискованную политику и теперь возник кассовый разрыв: активы есть, проекты есть, а денег их развивать нет. Подтвердить эту информацию не удается: Бочкарева в компании уже нет, а Бочаров не хочет встречаться ни с кем из покупателей. По другой версии, "Воскресенский" подвергся атаке рейдеров, которые хотят забрать у него земельные участки под застройку. Информации масса, но насколько она достоверна?

20 октября

"Воскресенский" так ничего ПИКу и не заплатил. Что делать дальше? Подумываю вернуть уплаченные средства по суду. Тем более, раз у компании есть активы, можно наложить на них арест. В суд обращаться страшно не хочется, но не хочется и здесь оказаться последним: если ПИК или другие инвесторы успеют раньше меня, то им все и достанется.

27 октября

Встречаюсь с юристом. Для начала он предлагает мне за 50 доллаpов написать "грамотное" письмо в прокуратуру. Отказываюсь, складывать слова в предложения я и сам вpоде умею. Что касается суда, то там наше дело, по его словам, — выигрышное изначально, потому как налицо срыв застройщиком сроков строительства, зафиксированных в договоре. Выигрываем в суде, получаем исполнительный лист и взыскиваем с застройщика уплаченную сумму с процентами штрафа. Просто блицкриг какой-то.

1 ноября

Встречаюсь с членами объединенного комитета обманутых инвесторов. Они на тропе войны уже год и кое-какой опыт накопили. По их мнению, судиться — не вариант. Хотя бы потому, что взыскать деньги невероятно сложно. Дело в том, что застройщик проблемной стройки — это фактический банкрот. У него нет денег на счетах, а арест имущества требует огромных усилий со стороны судебного пристава. Дольщики смогли вспомнить лишь один случай, когда удалось взыскать деньги. И, что еще неприятно, для того чтобы судиться с застройщиком, надо расторгнуть договор соинвестирования. То есть запросто можно остаться и без денег, и без прав на квартиру.

Соинвесторы считают, что pазрешить ситуацию могут только власти: "Они сами отбирали застройщиков, имели с ними договорные отношения и сами же плохо их контролировали — теперь пусть сами распутывают клубок". Я двумя руками "за", но непонятно, захочет ли власть вмешиваться.

4 ноября

Нахожу отчет о встрече комитета соинвесторов нашего дома с генеральным директором компании Куприным. Итак, у ПСМК дела, похоже, встали совсем. За последние пару месяцев никаких подвижек. Нет ничего: ни договора аренды земли, ни заключения Мосгорэкспертизы, ни проекта, ни подрядчика. При этом г-н Куприн говорит, что дом будет построен в июле-августе 2006-го. Абсолютно нереальный срок. Понятно, что он хочет успокоить общественность, но врать надо чуть более складно.

7 ноября

Созваниваюсь с представителем нашего комитета соинвесторов, предлагаю устроить встречу с ПИКом. Разговоp выходит крайне недобpожелательным. Меня как на допросе забрасывают вопросами: "Кто вы? Где купили квартиру? Как давно знакомы с людьми из ПИКа?". Наконец понимаю, что меня принимают за лазутчика из вражеского стана. Оказывается, мнения дольщиков о будущем стройки разошлись, существует как бы две фракции. Одни считают, что "Воскресенский" — белый и пушистый, но злые дяди хотят его обанкротить. Другие полагают, что лучше сделать ставку на ПИК как несравнимо более крупную структуру. Обе фракции считают других засланными казачками.

Я склоняюсь в сторону ПИКа. Просто с крупными структурами легче иметь дело. Хотя бы потому, что они имеют стратегические планы и заботятся о своей репутации. Но при этом я не хочу становиться лоббистом их интересов: в ситуации столько нюансов, что не знаешь, как будет лучше для нас, дольщиков. К примеру, если ПИК, даже пpи поддержке гоpодских властей, забеpет себе весь проект и захочет выполнить обязательства прежнего застройщика, это будет очень сложная и долгая процедура. Нужны будут новые инвестконтракты, постановления правительства Москвы. Сколько месяцев это займет в лучшем случае? Полгода? Год? А если найдутся оппоненты, котоpые задействуют свой административный ресурс? А если военные будут против?

9 ноября

Окончательно запутываюсь в ситуации. По телефону мне зачитывают переписку Ресина, главы московского стройкомплекса, с префектом Южного округа. Если переводить с канцелярского на человеческий, то Ресин пишет: "Заканчиваем с ПСМК, готовим постановление о передаче площадок ПИКу" — а префект в ответ: "У нас все в порядке, будем продолжать с тем же застройщиком". Через неделю Ресин ему повторяет запрос, а ответ тот же.

Получается, что, как минимум, в процессе участвуют ПСМК "Воскресенский", ПИК, московское правительство, префектура, Министерство обороны (земля принадлежит им, но должна оформляться федеральным правительством — еще одна зона неопределенности). Уже подключается прокуратура, УБЭП и другие. И везде чиновники со своими интересами. Что между ними происходит? Как этот клубок будет распутываться? Что выгодно нам? И на кого делать ставку? Голова идет кругом.

14 ноября

Присутствую на "круглом столе" Ассоциации строителей России "Строительные "пирамиды" России: мошенничество или экономический просчет?" Представитель московского правительства заявляет, что по проблемным площадкам будут назначены новые инвесторы. Они достроят дома (город им компенсирует затраты), и покупатели получат свои квартиры. Понимаю, что пока это только декларация, но все равно как свет в конце тоннеля!

В кулуарах общаюсь со следователем, расследующим дело о строительных "пирамидах". Тот советует: "Денег у застройщиков-банкротов мы не найдем, они уже все перевели за границу. Единственный шанс для дольщиков — помощь от правительства. Больше денег ни у кого нет. И ваша задача — давить на власть, чтобы она не спустила все на тормозах". Логично. Других вариантов не видно.

28 ноября

Американские горки продолжаются. Не успел порадоваться тому, что московское правительство решит вопросы дольщиков, как вышло постановление №2337-РП. К нему прилагается список проблемных домов. Нас там нет!

1 декабря

Ресин выступает на пресс-конференции и делает сильное заявление: "Проблема каждого москвича решена". Вот так. Кто подставил уважаемого Владимира Иосифовича?

Что ж, теперь хотя бы понятно, что надо делать: бороться за внесение адреса в список проблемных.

6 декабря

При пятнадцатиградусном морозе рядом со стройплощадкой проходит встреча дольщиков нашего дома. Много эмоций, представители комитета соинвесторов отчитываются о последней встрече с руководителями ПСМК "Воскресенский". Нового ничего услышал. Постановили: принимать участие во всех митингах, писать коллективные и индивидуальные письма во все инстанции.

Единственная хоpошая новость — цены на новостройки в этом районе за год выросли процентов на пятьдесят.

10 декабря

Всю неделю рассылали письма о положении дел в нашем доме. Послали всюду — от префектуры и прокуратуры до городской и Госудаpственной думы. Надо организовать прессинг. К тому же важно заявить о нас как о соинвесторах: существует риск, что при передаче адреса новому инвестору о "купленных квартирах" могут забыть.

Тем временем в соседнем корпусе дольщики, похоже, победили. Они решили захватить свои квартиры силовым путем. Власть испугалась конфликта прямо перед выборами и надавила на всех. В итоге дом уже проходит госкомиссию. Но им легче — их дом уже был построен.

12 декабря

Решаю воспользоваться служебным положением. План таков: поехать на субботний объезд столичных строек вместе с Ресиным и там перед камерами и диктофонами задать ему вопрос о нашей стройке. А может, лучше спросить в кулуарах — чтобы не было лишнего шума, но вопрос был взят под контроль.

По дороге в микроавтобусе продумываю свой вопрос: возможно, будет всего несколько секунд. Прикидываю, помнит ли меня в лицо Ресин — когда-то он приглашал меня что-то там возглавить в его пресс-службе, а у него, говорят, феноменальная память. Однако Ресин на планерку не приехал.

15 декабря

Другая попытка "засветить адрес". На "круглом столе" "Аферы на рынке долевого строительства" в РИА "Новости" должен быть Александр Косован, первый зам Ресина, назначенный руководителем комиссии по проблемным домам. На "столе" все так срежиссировано, что пробраться к микрофону нет никакой возможности. Но мой вопрос всплывает сам собой: перед чиновниками ставят стенд, где крупно написаны адреса не признанных властью проблемных строек — их более тpидцати. Косован впервые признает, что в постановление правительства вошли не все проблемные дома, и обещает рассмотреть и другие адреса.

По окончании мероприятия перехватываю Косована и задаю вопрос о нашем доме. Устав сдерживаться на людях, тот, даром что бывший генерал стройбата, начинает кричать: "Да как вы могли там покупать?! Как можно отдавать деньги таким компаниям?". В ответ я пытаюсь заметить, что застройщику передало землю Минобороны. И что если уж министерство не может проверить дееспособность компании, то как это может сделать физлицо. Наконец, что сам Косован во время заключения контракта с ПСМК работал как раз в Минобороны и должен быть в курсе, кому отдали землю. Но тот уже переходит на дружеский тон: "Ладно, приноси документы" — и удаляется в окружении свиты.

20 декабря

В это же время объединенный комитет обманутых дольщиков решил провести акцию гражданского неповиновения и перекрыть Рязанский проспект. Только так, они считают, можно заставить власть хоть что-то делать. Лужков называет это провокацией, а людей — экстремистами. В последний момент организаторы акцию отменяют.

26 декабря

Смешной случай. В Усачевских банях случайно встречаю знакомого чиновника из московского департамента строительства. Делюсь наболевшим, тот выслушивает и авторитетно говорит: "Косована "бросили" на обманутых вкладчиков, чтобы прикрыть Ресина с Лужковым, но сам он ничего не решает. Все зависит от Ресина. Вопрос решится, только если он сам возьмет его под контроль". А потом добавил: "Самый эффективный способ для тебя — сделай интервью с Ресиным в "Эксперте". Тебе и делать-то ничего не придется: только дай тему, наши орлы отличный материал подготовят. А я потом подведу к Ресину, скажу: Владимир Иосифович, вот человек, сделавший то интервью. Ну ты и расскажешь о своем деле". Вежливо беру тайм-аут для обдумывания в массажном кресле.

29 декабря

Передаем материалы в комиссию Косована. Как я от всего этого устал!

20 февраля

Полтора месяца не участвовал ни в каких мероприятиях. Перешел в позицию наблюдателя. По-моему, все, что могли, мы сделали. Информацию через письма распространили: наши списки соинвесторов есть и в комиссии Косована, и в прокуратуре. Теперь слово за московским правительством. Складывается впечатление, что первые лица действительно хотят решить пpоблему, но она тормозится на всех этапах.

Растет и давление на московские власти. Впервые на эту тему выступил Путин, призвав навести порядок в жилищном строительстве. Обманутые дольщики все чаще митингуют, объявляют голодовки, перекрывают улицы. Один из соинвесторов, права которого потерялись при передаче стройки новому застройщику, устал бороться и даже объявил о самосожжении. Вообще опыт показал, что шансы на решение вопроса прямо пропорциональны "крутости" выступления дольщиков. Однако к экстремальным мерам я пока прибегать не готов, есть еще надежда на мирный исход дела.

И остается ощущение, что, несмотря на обилие информации, мы не понимаем, что происходит на самом деле. В толще океана большие хищники ведут свои войны, а мы видим лишь волны на воде и по ним пытаемся что-то понять. По слухам, ситуация с нашим домом в очередной раз изменилась. Какая-то крупная структура готова продолжать проект под флагом ПСМК "Воскресенский", те якобы уже не против. Если так, то хорошо: по крайней мере, заново не нужно выпускать контракт с Министерством обороны и делать постановления правительства. Но никаких конкретных сдвигов пока нет и поводов для оптимизма тоже. Будем ждать.

Фото: Татьяна Ануфриева

Статья была опубликована в журнале «Вещь» №2(66)